Закрыть

Прокуратура Кубани в годы Великой Отечественной войны

Год 1939-й был обозначен в прессе как «англо-германская» война: Германия напала на Польшу, ряд европейских государств были оккупированы, Франция капитулировала, Италия вступила в войну на стороне Германии. Но война шла за пределами Страны Советов и потому была не ощутима и далека. Кубань продолжала жить «насущным», готовиться к посевным работам, избирать новых депутатов, трудиться на больших и малых производствах. 22 июня 1941 года вся страна узнала о том, что без объявления войны, нарушив тем самым мирный договор, фашистская Германия вторглась на территорию СССР.
Но и суровое военное время не парализовало работу органов прокуратуры, а лишь подчинило ее интересам фронта.

30 июня 1941 года по решению Президиума Верховного Совета СССР, ЦК ВКП(б) и Совнаркома был создан Государственный Комитет Обороны (ГКО).
Решения и постановления ГКО беспрекословно выполнялись всеми организациями, органами власти. А надзор за их выполнением был возложен на прокуратуру. Прокурор Краснодарского края Колесников объявил 22 июня 1941 года о введении «военного положения».
На основании приказа Прокурора Союза ССР от 25.06.41 г. Колесников дал указание райпрокурорам о дальнейших действиях:
«От имени прокуратуры передан по радио призыв ко всем трудящимся края о строгом соблюдении советских законов военного времени и распоряжений органов местной власти.

С первого дня мобилизации на призывных участках и приемосдаточных пунктах находились ответственные работники краевой прокуратуры, которые принимали участие в организационных мероприятиях, а также проводили разъяснительную работу и давали юридические консультации населению».
Повседневной работой прокуратуры стали мобилизация, укрепление тыла, оказание помощи фронту, проверка боевой готовности:
«Из вырытого количества щелей для укрытия населения только 25% окончательно подготовлено (покрыто, замаскировано).
Для газоубежищ и защитных комнат намечено 116 объектов площадью 13 609 м2, а приступили к фактической подготовке только 36 объектов (площадью 3950 м2).

Согласно Постановлению СНК СССР, дети в возрасте от 8 до 16 лет должны обучаться ПВХО в школах, однако сколько детей обучается этому и где, зав. РОНО не знала, и это дело должным образом также не организовано.
В районе учтено 4750 противогазов, а требуется до 30 тысяч, для детей противогазов в районе нет. Штаб ПВО района заявок о потребном количестве противогазов не давал.
По заводу «Краснолит» противовоздушно-пожарная охрана в неудовлетворительном состоянии, даже нет таких принадлежностей, как пожарные лопаты, клещи для изъятия зажигательных бомб, двор, особенно возле литейного цеха, завален разным металлом так, что близко подъехать с противопожарными средствами невозможно, а у выхода из литейного цеха сложено несколько десятков кубометров дров.
На кожзаводе, по заявлению администрации, противопожарные мероприятия полностью подготовлены, а когда стали проверять работу техники, то оказалось, что она неисправна и подавать воду не могла. На нефтеперегонном заводе не были подготовлены приспособления для изъятия зажигательных бомб. Штат пожарной охраны не был укомплектован на пять человек.
На ЗИП проверкой установлено, что охрана завода поставлена неудовлетворительно, с трех сторон завода в любое время суток на завод могут проникнуть незамеченными посторонние лица. Начальник охраны объяснил такое положение тем, что нет средств для увеличения количества постов».

Вот данные из «Доклада о вскрытых хищениях, порче зерна и хищении муки в системах «Заготзерно» и Мельуправлении», подготовленного прокурором Краснодарского края Колесниковым:
«Возбуждено и закончено уголовное дело по обвинению хищнической группы на Миловановском заготпункте Кропоткинского района в количестве четырех человек. Указанная группа обвиняемых путем подделки документов похитила с пункта 353 центнера зерна — пшеницы стоимостью по государственным ценам на сумму 32 850 рублей. Похищенное зерно было перемолото на мельнице через участника хищения на муку, часть которой была поделена между участниками хищения, а часть реализована по рыночным ценам и деньги в сумме около 20 тысяч рублей поделены между собой. Указанные обвиняемые привлечены к уголовной ответственности, арестованы, переданы суду и осуждены на 10 лет каждый.

Закончено следствием дело о предании суду по ст. 111 УК технорука заготпункта Ейского района, допустившего заражение с/х вредителями продукции специального фонда и не принимавшего мер борьбы. Было заражено 30 тонн манной крупы, 23 тонны риса, 34 тонны гороха, 13 тонн перловой крупы, 3 тонны кукурузной крупы и муки 80 тонн».
«Предан суду директор Краснодарской перевалочной базы «Заготзерно» по ст. 109 УК, который, злоупотребляя служебными полномочиями, не принял своевременно мер к зачистке от долгоносика и клеща поступающего на базу от заготпункта зерна, вследствие чего, по состоянию на 28 ноября 1941 г., на перевалочной базе имелось 2475 тонн зерна, зараженного долгоносиком 2-й степени, и 3786 тонн зерна, зараженного клещом 2-й степени.

Закончено следствие и передано в народный суд г. Армавира дело по обвинению работников Армавирского укрупненного пункта «Заготзерно»: директора, его заместителя и главного бухгалтера, которые допустили самосогревание и гниение 165 тонн сои, 35 тонн гречихи, заражение первой степенью долгоносика 6070 тонн зерна. Отгружая зерно по нарядам, недогрузили на 147 вагонов 415 тонн зерна и этим создали у себя излишки. Не выполняя договоров о своевременной разгрузке и погрузке вагонов, за 1940 год уплатили штрафов в сумме 71 495 рублей. Грубо нарушали финансовую дисциплину, не боролись с хищениями и растратами, в результате чего на 01.10.40 г. выразилась задолженность пункту разными лицами и организациями в сумме 746 823 рубля. Все обвиняемые преданы суду по ст. 109 УК».

Следить приходилось буквально за всем. Краевой прокурор доводил до сведения секретаря крайкома ВКП(б) Селезнева:
«При проверке Темижбекского элеватора обследователь обнаружил ночью открытые ворота. Никем не остановленный, он проехал на машине в глубь территории и лишь через 10 минут вахтер его остановил и спросил, кто он такой.
При проверке совхоза «Пролетарий» дежурный спросил у обследователя, кто он такой, обследователь коротко ответил: «Из города». Дежурный этим удовлетворился и повел его осматривать территорию совхоза. Ему были показаны нефтебаза, конюшни, ему был также сообщен ряд цифр о хозяйственном состоянии совхоза.
И лишь после того, как обследователь спросил, знает ли он «директора совхоза», кому он показывал свое хозяйство, последний смутился и лишь после этого проверил удостоверение личности.
По Троицкому заготзерно обнаружено, что два склада, расположенных у берега реки Кубани, со стороны реки никакой охраны не имеют и ночью легко проникнуть на территорию заготзерно.
Прошу крайком ВКП(б) предложить секретарям горрайкомов ВКП(б) установить строгий контроль за деятельностью руководителей государственных предприятий и учреждений в деле правильной организации охраны их предприятий и соответствующего реагирования на случаи проявления в этом вопросе беспечности и благодушия».
Снова остро вставал вопрос о спекуляции: «В некоторых населенных пунктах края наблюдается стремление отсталых элементов производить запасы продовольствия. С этой целью производится скупка хлеба, соли и спичек.
Прокуратурой приняты энергичные меры для борьбы со скупщиками. Кировская прокуратура г. Краснодара провела работу среди продавцов о помощи органам милиции в вылавливании скупщиков.
Прокуратурой г. Ейска организовано выступление по радио по вопросам борьбы со спекулянтами. Прокуратурой г. Анапы арестован и привлечен к уголовной ответственности совершивший три кражи из квартир граждан во время слушания ими выступления Молотова по радио. Той же прокуратурой арестована гражданка, которая вечером 22 июня во время светозатемнения подняла дебош в городском парке. Арестован гражданин, который на улице 22 июня избивал прохожих».

25 августа 1941 года прокурор Краснодарского края сообщал о том, что и при борьбе с нарушителями не следует пренебрегать социалистической законностью:
«Продолжается борьба с нарушителями светомаскировки. Органами милиции выявлены нарушители маскировки в г. Краснодаре. На виновных наложены штрафы. Прокуратурой эти дела проверяются на предмет выявления злостных нарушителей и привлечения их к уголовной ответственности.
Проведен ряд совещаний работниками прокуратур, НКВД и судов по вопросам борьбы с преступностью в военное время, такие совещания проведены в Ейске, Анапе и других районах.
По 50 районам Краснодарского края за период с 15 августа по 1 октября 1941 года привлечено к ответственности за нарушение светомаскировки и хождение по улице после установленного времени - 2179 человек.
Некоторые начальники районных отделений милиции очень легко относятся к лишению свободы нарушителей порядка и там, где можно было бы ограничиться штрафом, подвергают нарушителей лишению свободы в большинстве своем на 6 месяцев. Так, например: начальник Ново-Покровского районного отделения милиции лишил свободы на 6 месяцев гражданина за то, что его жена в ночь с 13 на 14 июля встала к плачущим детям и зажгла лампу.
Начальник 1-го отделения милиции г. Краснодара 26 июля лишил свободы гражданина на 6 месяцев за то, что он появился на улице после 24 часов. Начальник Тахтамукаевского РО НКВД лишил свободы сроком на 3 месяца гражданина за то, что он 20.09.41 г. в открытом месте курил папиросу.

Все эти лица, как неправильно лишенные свободы, 13 октября 1941 года краевой прокуратурой из-под стражи освобождены.
Обращает на себя внимание то обстоятельство, что применяются исключительно максимальные сроки лишения свободы и совершенно не применяется наказание в виде ареста на срок менее месяца.

Начальник 3-го отделения милиции г. Краснодара 21 августа лишил свободы сроком на 6 месяцев гражданина за то, что он 20 августа, прикуривая, зажег спичку в то время, как приказ о запрещении курить и зажигать спички в открытом месте введен в действие с 21 августа.
Все эти постановления, как незаконные, прокуратурой края отменены.

По всем вопросам неправильного применения штрафов и лишения свободы за нарушение порядка военного времени органам милиции Краснодарского края даны соответствующие указания, а против начальника 3-го отделения РКМ г. Краснодара за невнимательность возбуждено дисциплинарное преследование».
За второе полугодие 1941 года прокуратурой Краснодарского края было вскрыто значительное число преступлений, связанных с хищением социалистической собственности, ответственность за которые была установлена законом правительства от 07.08.1932 г.
По состоянию на 24 января 1942 года из числа возбужденных дел по вышеназванному закону окончено следствием и передано для рассмотрения в военный трибунал войск НКВД 23 дела.

Фронту требовалась работа на пределе человеческих сил, а потому документы военного времени звучат как приказ: «Колхозник, невыработавший без уважительных причин обязательного минимума трудодней по периодам сельскохозяйственных работ, предается суду и осуждается, согласно п. 5 Постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 13 апреля 1942 года «О повышении для колхозников обязательного минимума трудодней», к исправительно-трудовым работам в колхозах на срок до 6 месяцев с удержанием из оплаты трудодней до 25% в пользу колхоза.        
                
В случае повторной невыработки минимума трудодней виновный вторично предается суду в том же порядке, причем денежная часть приговора суда может быть взыскана за счет личных средств и имущества нарушителя.
Проводя неустанную работу со злостными нарушителями Постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 13 апреля 1942 года, следует, вместе с тем, избегать массового привлечения лиц, чьи преступные действия недостаточно обоснованы и доказаны.
С этой целью следует установить надзор за качеством материалов, которые будут поступать от правлений колхозов в народные суды, отвечают ли эти материалы требованиям п. 3 приказа Прокурора Союза ССР от 30 апреля 1942 года».

Коварство, жестокость и опытность врага заставляли советский народ объединить все имеющиеся силы и дать отпор. 13 февраля 1942 года крайпрокурор известил районы о необходимой дополнительной мобилизации. «Бронь» давалась в основном женщинам, мужчинам старше 40 лет по указанному перечню должностей. Фактически, весь оперативный и технический персонал прокуратуры края мобилизовывался на фронт ввиду острой необходимости в сложившейся ситуации. Резервом на замещение прокурорских, следовательских и прочих вакансий становились женщины (военнообязанные) и демобилизованные военные, достойные занять эти должности.
Несмотря на все обрушившиеся трудности, прокуратура края не остановила свою работу ни на один день. В июле 1942 года, в связи с приближением немецко-фашистских войск непосредственно к территории Краснодарского края, Военный совет Северо-Кавказского фронта принял постановление о подготовке к уничтожению запасов хлеба, горючего, скота и других ценностей в случае невозможности их вывоза, срочной эвакуации предприятий. Все эти мероприятия проводились под надзором прокуратуры. Отличительной чертой ее работы стала исключительная оперативность расследования преступлений при высоком качестве следствия и прокурорского реагирования на выявляемые причины и условия.

Август 1942 года стал «черным» в истории края. Немецко-фашистские войска захватили значительную часть Кубани, продолжая разорять и уничтожать все, что попадалось им на пути. На борьбу с оккупантами поднялось все население.
9 августа, в момент вступления немцев в Краснодар, 40 промышленных предприятий по ранее разработанному плану были выведены из строя особыми командами рабочих и техников под руководством ответственных сотрудников краевого управления НКВД. Чтобы не дать врагу воспользоваться экономическим потенциалом города, были взорваны заводы «Октябрь», «Краснолит», завод им. Седина, ЗИП, нефтеперегонный и другие. Всю тяжесть оккупации кубанцам предстояло узнать за шесть месяцев пребывания фашистов на Кубани (с 9 августа 1942 по 12 февраля 1943 года): в страшных муках погибли 13 тысяч жителей города - примерно каждый пятнадцатый краснодарец (от довоенной численности города). Чрезвычайную комиссию по расследованию преступлений фашистских захватчиков на советской территории впоследствии назовут комиссией по установлению и расследованию злодеяний. Злодеяния — это сущность оккупационного режима.
С первых дней оккупации захватчики принялись организовывать и устанавливать «новый порядок». 10 августа горожан согнали на собрание, созванное немецким полевым комендантом капитаном Блехмидтом. На стороне немцев было около 30 человек из числа антисоветски настроенных интеллигентов, главным образом - работников коллегии адвокатов и преподавателей пединститута. На собрании было предложено избрать бургомистра города. Адвокат А. Г. Важливцев предложил кандидатуру своего коллеги - М. А. Воронкова (на собрании не присутствовал); на следующий день народ собрали вторично и утвердили Воронкова в новой должности, 9 сентября 1942 года Воронков был освобожден от должности по состоянию здоровья. После него бургомистром назначили С. Н. Лящевского, а с 8 декабря 1942 года - В. А. Смыкова.
После выбора бургомистра были созданы городская и четыре подчиненные ей районные управы.

В декабре 1942 года, по указанию оккупационных властей и зам. бургомистра В. Н. Петрова, всем управам поручено составить списки жителей, в особенности — «неблагонадежных». По спискам зондеркоманда СС-10А занималась розыском и уничтожением людей не только «неблагонадежных», но и всех их родственников. Эсэсовцы не щадили никого. В период оккупации кубанцы впервые узнали о новом изобретении фашистов - «душегубках», В «душегубках» погибло около семи тысяч человек.
12 февраля 1943 года советские войска освободили Краснодар от захватчиков. Необходимо было восстанавливать разрушенную войной мирную жизнь, восстанавливать законность.

5 марта 1943 года новый прокурор Краснодарского края Апенин подписал документ под названием «Всем районным и городским прокурорам Краснодарского края», который следует процитировать полностью: 
«Красная Армия освободила уже почти весь Краснодарский край от немецких оккупантов, которые за шесть месяцев своего пребывания в крае разрушили наше хозяйство; сожгли часть наших городов, уничтожили фабрики и заводы, сожгли наши учебные и всевозможные культурные учреждения, как правило, уничтожили обобществленный скот в колхозах и совхозах, разрушили железные дороги, вывезли из края массу продовольствия и зерна.

Перед органами прокуратуры края стоит большая почетная задача: вместе с органами НКВД, милиции очистить край от немецко –фашистских приспешников: изменников и предателей Родины, их пособников, шпионов, диверсантов, контрреволюционных и профашистских элементов.
Проявлять максимальную бдительность и вести жесточайшую борьбу со всеми видами преступности и преступниками.
Всеми силами оказывать необходимую помощь партийным и советским органам в деле быстрейшего восстановления народного хозяйства и культуры края.
Прокуроры сейчас, как никогда, зорко должны следить за проведением в жизнь революционной законности. Ни в коем случае не допускать нарушения  законов. Сейчас некоторые лица, ссылаясь на особую обстановку, трудности, будут нарушать законы. Каждого злостного нарушителя привлекайте к уголовной ответственности. В этом деле никаких уступок не должно быть.
Учитывая отсутствие нормальной связи с районами и некоторый опыт, накопленный нами за время после освобождения районов от немецких оккупантов, мы, по основным вопросам работы сегодняшнего дня, даем следующие указания и разъяснения:
Возвращение имущества, продовольствия, ценностей.

Накануне отступления немецкие оккупанты, как правило, разрушают и сжигают заводы, здания, склады, элеваторы и другие объекты с огромными запасами материальных ценностей. Население из всяких побуждений стремилось что-либо извлечь из горящих складов, заводов, элеваторов и спрятать у себя.
Таким образом, до прихода Красной Армии у многих граждан оказались различные вещи, продовольствие, а также имущество учреждений, отдельных граждан и трофейное имущество, оставленное немцами.
Наряду с этим, после отступления немцев имели место факты присвоения государственного имущества одних организаций и учреждений другими организациями и учреждениями.
Необходимо, чтобы исполкомы горрайсоветов вынесли решения, если эти решения до сих пор не выносились, о возвращении взятого имущества как государственного, принадлежащего организациям, учреждениям. А также всего трофейного имущества и лично принадлежащего гражданам.

Вам необходимо разъяснить руководителям учреждений и организаций, что при обнаружении имущества, принадлежащего их учреждению или организации и находящегося в других организациях и учреждениях, разрешать вопросы о возвращении этого имущества путем договоренности, а в случае недоговоренности обращаться в народный суд с иском.
Если граждане после опубликования решений органов советской власти или приказов начальников гарнизонов о добровольной сдаче продовольствия, имущества, различных ценностей, присвоенных гражданами, в том числе трофейного имущества и имущества отдельных граждан, по истечении сроков сдачи не сдают добровольно, то это имущество должно изыматься в административном порядке органами милиции.

В случае спора о приобретении и принадлежности личного имущества, находящегося у отдельных граждан, вопросы должны разрешаться в судебном порядке путем предъявления исков.
При изъятии имущества в административном порядке органы милиции и прокуратуры должны точно соблюдать соответствующий закон.
Следует отметить, как отрицательное явление, в работе отдельных работников милиции пренебрежительное отношение к выполнению норм УПК и, особенно, ст. 177,179-185 УПК.
Например, у колхозника села Калинина Пашковского района арестован сын Иван, 1914 года рождения. До прихода немцев он работал в Донбассе, имея собственную семью. После ареста сына к колхознику явился участковый уполномоченный села Калинина, не предъявляя никаких документов, он произвел обыск и изъял: корову, брюки, сапоги, белье, два одеяла, все продукты питания. У колхозника имеется дочь, которая в апреле 1942 года была мобилизована в РККА.
Второй случай: у колхозника, тоже села Калинина, сын Илья, 1917 года рождения, служил при немцах полицейским. После его ареста тот же участковый уполномоченный, таким же методом, произвел обыск и изъял у отца принадлежащую ему корову, белье и продукты питания. Данный колхозник это старик 80 лет, который работает в колхозе, и кроме сына Ильи, служащего полицейским у немцев, имеет трех сыновей, находящихся в РККА.
Все изъятое у колхозников участковый уполномоченный передал в колхоз, не оставив им соответствующей описи изъятого имущества.
Всем должно быть ясно, что имущество, лично принадлежащее гражданам, может изыматься только по приговору или решению суда.
Такие факты, как производство обыска без ордера, без понятых, изъятие предметов, не относящихся к делу, невыдача копий протокола или копий описи обыскиваемому или его членам семьи, должны прокурором решительно пресекаться, т к. малейшее искривление революционной законности используется вражескими элементами. Например, в г Краснодаре, в первые дни восстановления органов власти, отдельные работники милиции и особого отдела производили обыски без ордеров, и этим не замедлили воспользоваться вражеские элементы — они тоже стали производить «обыски», грабя и терроризируя некоторых граждан.

Сбор семенного фонда
В случаях, когда колхозники, единоличники, рабочие и служащие при отступлении Красной Армии, в период оккупации немцами территории и при отступлении немцев, разобрали из колхозных амбаров, элеваторов, складов как семенное, так и продовольственное зерно, а теперь добровольно не сдают его в колхозы, изымать это зерно в административном порядке и передавать его в колхозы, совхозы. При этом, в каждом отдельном случае, нужно всесторонне проверять законность приобретения зерна гражданами и ни в коем случае не допускать изъятия законно приобретенного гражданами зерна.
Зерно, лично принадлежащее колхозникам, можно лишь позаимствовать, с их полного согласия, для посева, а в некоторых районах допускают незаконное изъятие зерна, как полученного на трудодни, так и заработанного личным трудом и полученного колхозниками в период оккупации немцев, что является противозаконным, и такие факты незаконных действий необходимо пресекать немедленно, а злостных нарушителей закона привлекать к ответственности.

Восстановление животноводства
Установите надзор за проведением учета скота в совхозах, на колхозных фермах.
Свяжитесь по этому вопросу с отделами Нархозучета и выясните, учтен ли весь скот, разобранный отдельными гражданами, и возвращен ли он по принадлежности.
Нет ли фактов присвоения скота, принадлежащего колхозам и совхозам, проходившего по Вашему району при эвакуации, до сих пор не возвращенного совхозам или колхозам.
В случае невозвращения незаконно приобретенного скота, т. е. самовольно взятого с колхозных ферм, из совхозов и присвоенного эвакуированного скота, необходимо производить изъятие этого скота в административном порядке через органы милиции с соответствующим законным оформлением и возвращать его в колхозы, совхозы.
В некоторых районах, по предложению немецкого командования, колхозы сдали весь скот для немецкой армии, а отдельные колхозники произвели обмен скота, т. е. свою корову, малопродуктивную, обменяли на колхозную, более продуктивную или тельную корову, а сейчас эту корову отбирают у колхозника.
В таких случаях никакого изъятия скота в административном порядке производить нет основания. Необходимо разрешать эти вопросы в судебном порядке. Вообще во всех случаях, когда вопрос о приобретении скота является спорным, он должен разрешаться в судебном порядке.
В случаях приобретения эвакуированного скота путем покупки от лиц, сопровождающих этот скот и не имеющих права на его продажу, необходимо считать его как незаконно приобретенный и в порядке ст. 2 ГПК через народный суд отчуждать от лиц, незаконно приобретших, и сдавать в соответствующие колхозы, совхозы. Граждан, присвоивших скот, принадлежащий колхозам, совхозам, и злостно не возвращающих его, привлекайте к уголовной ответственности.

Возвращение квартир
Выселение лиц, занявших квартиры в момент оккупации по ордерам, выданным немецкими властями, производить в административном порядке с санкции прокурора.
Для этого органы жилищного управления, сельские Советы, правления колхозов должны представлять прокурору список лиц, вселившихся в квартиры по ордерам немецких властей, а также занявших жилую площадь самовольно, с указанием:
1. Фамилии, имени, отчества.
2. Количества членов семьи, с указанием родственности.
3. Адреса квартиры.
4. Кто из членов семьи находится в Красной Армии.
5. Где проживал ранее (адрес) и причина оставления жилой площади.
6. Кому принадлежит занятая жилая площадь и ее размер.
7. Имеется ли ордер на занятую квартиру и кем был выдан.
8. Кто из членов семьи работал при немецкой оккупации и в качестве кого. Особо осторожно подходите к выселению семей военнослужащих.

Если будет установлено, что семья военнослужащего перешла на квартиру в силу того, что ее квартира разрушена от снарядов или от бомбежки, необходимо ставить вопрос о предоставлении ей жилой площади или оставлении в этой квартире.
Квалификация преступлений и ответственность за невозвращение государственного имущества, продовольствия, скота, трофейного имущества и личного имущества отдельных граждан.

Граждане, не сдавшие добровольно взятое ими имущество, продовольствие, семенной материал, скот и всевозможные ценности, принадлежащие государственным организациям, а также имущество и продовольствие трофейное, должны привлекаться к уголовной ответственности по соответствующим статьям УК РСФСР.

Не должно быть огульного привлечения граждан к уголовной ответственности. В каждом отдельном случае органы следствия должны разбираться подробно, и в зависимости оттого, кто привлекается к уголовной ответственности, наличия злостности в сокрытии имущества и размера этого имущества, должна даваться и соответствующая квалификация, т е. ст. 16-59-6 или 58-14 УК РСФСР
Все случаи хищения материальных ценностей уже после вступления на освобожденную территорию Красной Армии расценивать как хищение социалистической собственности и квалифицировать эти действия по Закону от 07.08.1932 года».

После освобождения Краснодарского края от немецких оккупантов прокуратура края проводила свою работу под знаком борьбы за ликвидацию последствий вражеского нашествия, восстановления разрушенного хозяйства и выкорчевывания враждебных элементов, мешающих своими преступными действиями нормальному ходу восстановительного процесса.

Пользуясь непосредственно прокурорскими методами, прокуратура возбуждала против преступников уголовные дела, боролась за обеспечение правильной судебно-карательной политики, осуществляла надзор за законностью решений и распоряжений органов власти, производственных, хозяйственных и кооперативных организаций и незаконные из них опротестовывала.

После изгнания оккупантов была создана краевая комиссия по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков. Комиссию возглавили: первый секретарь крайкома ВКП(б) П. И. Селезнев, председатель исполкома краевого Совета депутатов трудящихся Н. Ф. Тюляев, начальник Управления народного комиссариата внутренних дел по Краснодарскому краю А. Н. Медведев, директор ВИТИМА П. Н. Лаптинов, доктор сельскохозяйственных наук, профессор А. И. Носатовский, священник Г. Н. Бессонов.

В ходе расследования комиссии удалось восстановить фамилии погибших во время оккупации, места массовых захоронений. Органы НКВД выявляли изменников, предателей и иных врагов Родины. Не удалось избежать и ошибок в расследованиях. На многих арестованных не были оформлены санкции на арест. Дела не передавались в военные трибуналы. Наказанию подвергалась лишь малая часть изменников, предателей: Адыгейским областным управлением НКВД задержано 258 человек и на март 1943 года не было закончено расследование и не передано в военные трибуналы ни одного дела; по Усть-Лабинскому району арестовано 150 человек, в трибунал на март было передано только 20 дел. Такое положение со сроками следствия и предания суду не могло отвечать интересам того времени. Считая необходимым изменить положение, крайпрокурор дал двухдневный срок на оформление арестов (с санкции прокурора) и немедленное рассмотрение дел.

Для выполнения столь сложной задачи военным прокурорам гарнизонов и горрайпрокуратур было предложено выделить следственных работников для оказания практической помощи НКВД. При арестах, расследовании, рассмотрении дел в трибуналах должны неуклонно руководствоваться постановлением ЦК ВКП(б) и СНК СССР от 13 ноября 1938 года. Прокуроры должны были строго следить за ходом этой работы и не допускать никаких нарушений. Для быстрейшего рассмотрения дел и предания суду изменников весь Краснодарский край был разделен на группы районов — кустов.
1.  Армавирский: прокурор — Пашковский, УНКВД — Бачурин, трибунал — Сазанович.
2.  Майкопский: прокурор — Срыбньш, УНКВД — Павлов, трибунал — Комаров.
3.  Краснодарский: прокурор — Леонтьев, УНКВД — Быков, трибунал — Евсеенко.
4.  Тихорецкий: прокурор — Крупенко, УНКВД — Шишкин, трибунал — Эйхер.
5.  Каневской: прокурор — Кручинин, УНКВД — Лохманов, трибунал — Дьяченко.
6.  Крымский: прокурор — Доценко, УНКВД — Жижи-монтов, трибунал — в документе отсутствует.
7.   Сочинский: прокурор —  Ткачев, УНКВД — Жданов, трибунал — фамилия неизвестна.

Огромную работу предстояло провести следователям и прокурорам. В архивном фонде имеются материалы, которые говорят об очень правильной тактике краевой прокуратуры: без тщательного расследования обвинение лицам, бывшим на службе у немцев, не предъявлялось. Формальная принадлежность к числу старост или полицейских при недоказанности активной изменнической деятельности не служила основанием для привлечения к ответственности людей как изменников Родины. Эта позиция крайпрокурора Апенина была одобрена старшим помощником прокурора СССР (нач. отдела по спецделам) Шаховским.

В итоге в период с марта по сентябрь 1943 года прокуратурой края принесено в крайисполком на нарушение революционной законности 37 протестов, из них: на решения краевого исполнительного комитета — четыре и один — на решение исполкома Краснодарского горсовета депутатов трудящихся. Остальные протесты принесены на незаконные решения районных Советов депутатов трудящихся.
За этот же период прокуратурой принесено по краю 1160 протестов: на нарушение устава артели — 337, нарушение трудовой дисциплины — 136, на решения горрайисполкомов — 166 и сельсоветов — 105.

За это же время по краю сделано 468 представлений по вопросам: нарушения устава сельхозартели — 116, защиты прав семей военнослужащих — 60 и трудовой дисциплины — 50.

По преобладающему числу протестов и представлений, принесенных прокуратурой, факты нарушения законности были устранены. В области борьбы с контрреволюционными элементами краевой прокуратурой была проделана следующая работа:
1)  непосредственно краевой прокуратурой дано санкций на арест 1588 человек;
2)  направлено в военный трибунал 2416 дел на 3664 человека — изменников и предателей Родины;
3) направлено в особое совещание при НКВД СССР 346 дел на членов семей изменников Родины;
4) краевая прокуратура, осуществляя прокурорский надзор за органами НКВД по расследованию дел на контрреволюционеров, изменников и предателей Родины, провела большую работу по организации общей работы с органами НКВД по борьбе с предательскими элементами на Кубани после ее освобождения от немецких оккупантов.
Органами прокуратуры Краснодарского края (народными следователями, горрайпрокурорами, старшими следователями краевой прокуратуры) за это время расследовано 1959 дел и предано суду по этим делам 2439 человек, из них:
1) на изменников, предателей и других контрреволюционеров — 156 дел на 162 человека;
2)  на контрреволюционеров-саботажников — 46 дел на 60 человек;
3) на саботажников и злостных несдатчиков хлеба в фонд РККА — 206 дел на 276 человек;
4) на дезертиров из РККА — 184 дела на 221 человека;
5) за срыв мероприятий по развитию общественного животноводства — 48 дел на 73 человека;
6) за расхищение и разбазаривание продовольственных и промышленных товаров — 97 дел на 113 человек;
7) за невыполнение поставок хлеба государству — 96 дел на 62 человека;
8) за расхищение социалистической собственности — 224 дела на 363 человека, в том числе: по закону от 07.08.32 г. — 35 дел на 77 человек;
9) по прочим преступлениям (злоупотребления по должности, мелкие кражи, хулиганство, аборты и другие) — 960 дел на 1104 человека.

В области работы по надзору за органами милиции краевым прокурором было дано санкций на арест — 415, в том числе: по закону от 07.08.32 г. — 31, по контрреволюционным преступлениям — 74, на дезертиров из РККА — 50, на спекулянтов — 95 и по другим преступлениям — 165.
Дано санкций на арест преступников горрайпрокурорами - 2165, из них: по контрреволюционным преступлениям - 222, по закону от 07.08.32 г. - 47, на дезертиров из РККА - 1307, на спекулянтов - 343 и др.
Дано санкций по административному наказанию на 1975 человек.

С 14 по 17 июля 1943 года в помещении кинотеатра «Великан» состоялся первый в стране судебный процесс по делу о зверствах немецко-фашистских захватчиков и их пособников на территории города Краснодара и Краснодарского края. Дело рассматривалось в открытом заседании военным трибуналом Северо-Кавказского фронта. В качестве представителей общественности в процессе участвовали писатель А. Н. Толстой, писательница Е. Кононенко, журналист М. Мержанов и др. По делу обвинялись 11 человек (из них 10 человек служили в зондеркоманде СС-10А). Материалы процесса ужасают и сейчас, раскрывая чудовищную картину злодеяний захватчиков и пособников в период оккупации. Возмездием им был приговор суда. Восьмерых (В. С. Тищенко, И. А. Речкалова, М. П. Ластовину, Н. С. Пушкарева, Г. Н. Мисана, Ю. М. Напцока, И. Ф. Котом-цева, И. Ф. Кладова) военный трибунал приговорил к смертной казни через повешение. Трое (Г. И. Тучков, В. С. Павлов, И. И. Парамонов) были осуждены к ссылке на каторжные работы сроком на 20 лет.
18 июля 1943 года в 13 часов в Краснодаре на площади — угол улиц Мира и Шаумяна — в присутствии жителей города и близлежащих станиц приговор привели в исполнение.

Прокурор Краснодарского края государственный советник юстиции 3-го класса Апенин и прокурор следственного отдела прокуратуры Краснодарского края советник юстиции Михайлов, подводя итоги 1943 года, поставили перед прокурорами края новые первостепенные задачи: достичь еще более высоких показателей в следственной работе, тщательно наблюдать за ходом расследования дел, чтобы не совершить непоправимых ошибок, повысить активность в борьбе с преступностью, обеспечить нормальный ход посевных работ.

За первый квартал 1944 года была отмечена хорошая работа многих районов, например, следователь прокуратуры Ейского района юрист 3-го класса Савва завершил 21 дело и направил в суд с обвинительными заключениями. Прекращенных и возвращенных судом дел для доследования не было. Ни одного из оконченных дел в производстве свыше месячного срока не находилось.
Были и недостатки, которые отмечались в отчетах, а к людям, их допускавшим (в том числе и прокурорам), применяли наказания: выговор, строгий выговор. Проявляя личную инициативу, работники прокуратур боролись с преступностью, которая активизировалась, воспользовавшись войной. Младший советник юстиции прокурор Гражданского района Попов, прокурор Ейского района юрист 1-го класса Белюченко, следователь прокуратуры Тульского района юрист 3-го класса Чепин, следователь Лазарев, младший юрист Павловского района Садомова, следователь Ейской прокуратуры юрист 3-го класса Савва — вот неполный список доблестных имен. Это люди, которые провели огромную работу по обеспечению должного уровня прокурорского надзора за соблюдением законов на территории Краснодарского края.

Ю. ЛУЧИНСКИЙ,
профессор Кубанского государственного университета

По материалам книги «Прокуратура Краснодарского края» /Редактор–составитель Т.А. Василевская/. — Краснодар: ГУП «Центр информационного и экономического развития печати, телевидения и радио Краснодарского края», 2005.